Eng

  На главную страницу
| архив | содержание |

«Люди в истории заповедников»

ДЛЯ РЕШЕНИЯ НАУЧНЫХ И НАУЧНО–ТЕХНИЧЕСКИХ ЗАДАЧ…(ВОПРЕКИ ТРУДНОСТЯМ, ВО СЛАВУ НАУКИ)

Людмила Буторина

Статья была впервые опубликована в журнале «Наука Урала» (№16, 2000).
Печатается с сокращениями по книге «Ильменский калейдоскоп» (Екатеринбург, 2002).

1918 г., Москва. Несмотря на угрозы внутренней и внешней контрреволюции, в стране идет созидательная работа. Продолжает формироваться молодое Советское правительство. Еще только изыскиваются формы и методы управления народным хозяйством. Трудностей много.

Претворить эту идею в жизнь поручили Николаю Михайловичу Федоровскому. У него многолетний опыт политической работы — член Российской социал-демократической партии рабочих с 1904 г., руководитель ряда революционных выступлений 1905—1907 гг., руководство крупной партийной организацией Нижегородской губернии в 1917—1918 гг. У него высшее специальное образование: в 1915 г. он окончил минералогический факультет Московского университета. У него опыт научной и преподавательской работы, широкий круг знакомых–специалистов. ВСНХ принял решение «О включении Н. М. Федоровского, приват-доцента Нижегородского политехникума, в коллегию Металлургического отдела и о поручении ему руководства Горным советом». По инициативе Н. М. Федоровского с июля 1918 г. стал выходить журнал «Известия Горного отдела СОВСНХ». В первом номере его помещен доклад «Об основаниях для национализации местности, расположенной в пределах Миасской горнозаводской дачи, с целью создания там национального парка и природного музея».

Строчки из этого доклада: «…На топографической карте Ильменских гор, составленной Д. С. Белянкиным, видно, что большинство копей сосредоточено между озером Ильменским и Аргаяшем. Копи эти не имеют промышленного значения, но представляют громадный научный интерес как по условию генезиса материалов, так и по своему разнообразию и присутствию весьма редких элементов.

…Все эти природные богатства или лежат внутри, или расхищаются, леса вырубаются или уродуются просеками, животный мир истребляется, копи по большей части завалены землей или отвалами, отсутствие самых необходимых дорог делает доступ к интересным местам чрезвычайно затруднительным, а между тем указанная местность представляет все данные, чтобы сделать из нее объект государственной собственности в целях создания национального природного музея и парка.

…Война помешала популяризации нашей богатой природы. В настоящее время при широкой демократизации жизни еще более важным является создание таких условий, при которых любознательность и пытливый ум могли черпать свои знания не только из сухих учебников и осмотра музейных образцов, а из сокровищницы самой природы. В этом смысле создание национального природного музея и парка, вначале хотя бы в небольшом масштабе, а равно и устройство пункта, где могли бы получить временный приют и небольшое руководство разнообразные категории лиц, интересующиеся природой, имело бы громадное научное и воспитательное значение... На подготовительные работы испрашивается смета на текущие летние месяцы в размере 32 тыс. рублей». Как же отнеслись к этому начинанию Н. М. Федоровского другие члены Ильменского отряда Радиевой экспедиции? В. И. Вернадского в 1918 г. в Советской России не было. Александр Евгеньевич Ферсман продолжает в Петербурге дела, начатые В. И. Вернадским. Это прежде всего работы в Комиссии по изучению естественных производительных сил России при Российской академии наук. Являясь главным ученым секретарем комиссии, А. Е. Ферсман в 1918 г. руководил работой Отдела драгоценных и поделочных камней, Радиевым отделом. Заседания Радиевой экспедиции в 1918 г. проходили в Минералогическом музее в Петрограде. Несмотря на тревожное военное время, члены экспедиции планировали свои летние полевые работы, подводили итоги сделанному. Урал был еще свободен. Там продолжали работы В. И. Крыжановский и Л. А. Кулик. В Петрограде работали 9 членов Радиевой экспедиции.

Документы рассказывают: «Протокол 7–го очередного заседания участников большой Радиевой экспедиции Академии наук в Минералогическом музее 13 июня 1918 г. Присутствовали: Б. А. Линденер, М. М. Марковский, К. К. Матвеев, Е. Д. Ревуцкая, А. Е. Ферсман.

Утверждается протокол предыдущего заседания.

Заслушивается отчет А. Е. Ферсмана об использовании сметы за полгода. А. Е. Ферсман вместо доклада об исследованиях Ильменских гор сообщил о том, что происходит в Совещании по горным делам, которое выдвинуло вопрос об устройстве заповедника в Ильменских горах, чтобы предохранить местные копи от расхищения. Идея заповедника принадлежит Н. М. Федоровскому. А. Е. Ферсман указывает на трудности в устройстве заповедника: местность разделена железной дорогой и частью занята сенокосами и ягодными участками. По сравнению с образцовыми действительными заповедниками культурных стран, например Тюрингии, наш будущий, Ильменский, является платоническим и, возможно, сведется прямо к тому, что будет установлена охрана участка. Сочувственно было принято на заседании УОЛЕ предложение Л. А. Кулика о создании астрономического наблюдательного пункта на вершине Ильменской горы. Тихов выезжает на место. К этой обсерватории можно было бы приурочить и нашу минералогическую станцию для охраны Ильменского района, где теперь для выполнения этой задачи должно жить особое лицо. Председатель далее указывает на благоприятные условия для разрешения в настоящее время вопроса об учреждении Ильменской минералогической станции и на необходимость вступить в связь с Куликом.

Собрание выразило живейший интерес и одобрение намечающейся организации Ильменского заповедника и Минералогической станции, при наличности станции можно будет гораздо правильнее и систематичнее вести исследование Ильменских гор, не говоря уже о том, что самым идеальным образом решается вопрос о пристанище для экскурсантов. К. К. Матвеев выразил пожелание, чтобы при станции была создана соответствующая лаборатория, в которой живущее здесь лицо и приезжие экскурсанты могли бы производить несложные необходимые экспериментальные работы. А. Е. Ферсман указывает, что устройство такой лаборатории имеется в виду.

Далее А. Е. Ферсман сообщил, что хотя он и предполагает летом быть в Миассе, но необходимо теперь же начать выяснять положение дела на месте и предлагает для этой цели воспользоваться присутствием на Среднем Урале Д. С. Белянкина или даже еще лучше В. И. Крыжановского, который, сообразуясь с местными условиями, должен продумать этот вопрос; на первоначальное оборудование помещения председатель предполагает изыскать около 3 тыс. рублей и затем к августу провести через академию, в заведовании которой станция должна находиться.

Попутно выясняется, что инициаторы заповедника хотели бы видеть хранителем и заведующим станцией Л. А. Кулика. Смета на устройство станции предположительно представляется в таком виде: вознаграждение заведующему по 750 рублей, всего 9 тыс. рублей, помещение — 1 тыс. рублей, остальные расходы вместе с охраной — 6 тыс. рублей, всего, следовательно, в год 20 тыс. рублей, каковую сумму провести при КЕПС очень легко. Председатель А. Е. Ферсман. Секретарь К. К. Матвеев».

На Урале тоже неравнодушно отнеслись к этому вопросу. В Екатеринбурге В. И. Крыжановский и Л. А. Кулик принимали активное участие в работе Уральского общества любителей естествознания. На заседании комиссии УОЛЕ 18 июня 1918 г. Л. А. Кулик сообщает, что Горным советом поднят вопрос о выделении Ильменских гор в национальный парк (естественный музей), и просит содействия Общества в предоставлении сведений об Ильменских горах, о желательном направлении границ и устройстве парка: «В результате обсуждения вопроса Комиссия постановила: 1) предложить Общему собранию УОЛЕ выбрать Постоянную комиссию для всестороннего освещения как с бытовой, так и естественноисторической стороны важности создания в Уральском районе Национального парка; 2) выразить готовность Уральскому обществу всеми силами поддерживать это важное государственное начинание; 3) приветствовать Горный совет в этом деле; 4) уведомить Академию наук о желании Общества принять посильное участие в этом деле».

19 июня 1918 г. Комитет Уральского общества любителей естествознания поручает своему действительному члену минералогу Леониду Алексеевичу Кулику обследование массива Ильменских гор и прилегающих к ним местностей (район к северу от Миасса) в целях собрания материалов, необходимых для Общества при рассмотрении вопроса о создании Русского национального парка–заповедника. Настоящим Комитет УОЛЕ просит учреждения и лиц не отказать в возможности содействия Л. А. Кулику в исполнении данного ему поручения (вице-президент Общества М. Клер).

Но поручение не было выполнено. В ночь с 26 на 27 мая 1918 г. белочехи захватили железнодорожный узел в Челябинске и двинулись на Екатеринбург и Омск. Миасс был захвачен белочехами 1 июня. Целый год черная туча контрреволюции висела над Миассом. В середине июля 1919 г. в Миасскую долину вступили части Пятой Красной Армии под командованием М. Тухачевского. 17 июля 1919 г. Миасс снова стал советским.

Известия об освобождении Урала регулярно поступали в Москву. И Николай Михайлович Федоровский вновь поднимает вопрос об охране Ильменских гор. Это произошло 11 июля 1919 г. на заседании коллегии Научно-технического отдела (НТО) ВСНХ, членом которой он стал 21 августа 1918 г. Выписка из протокола этого заседания: «8. Об объявлении Ильменских гор национальной собственностью. Докладчик Н. М. Федоровский. Постановили: ввиду того, что Ильменские горы представляют живую лабораторию для исследования радиоактивных элементов и являются чрезвычайно ценными для государства, просить тов. Федоровского составить докладную записку и войти с предложением от НТО в Комиссариат просвещения, чтобы совместно с ним войти с представлением о необходимости объявить Ильменские горы национальным парком».

Доклад Н. М. Федоровского «Об устройстве национального музея в Ильменских горах на Южном Урале» опубликован в Научно-техническом вестнике за 1920 г.: «Устройство в районе Ильменских гор национального парка в тесном смысле этого слова, по типу американских национальных парков, в настоящее время уже невозможно. Идея национального парка заключается в охране обширных участков, сохранивших первобытный характер природы от гибельного влияния человека и его культуры. Территория же Ильменских гор, благодаря полной доступности и мягкости рельефа, хорошему климату, близости плодородного района и золотых приисков, давно уже значительно населена, и девственный характер ее природы, благодаря вырубке лесов и фактически очень слабому контролю над охотничьим и рыболовным промыслами населения, утрачен. Первобытный характер животного и растительного мира может быть до некоторой степени восстановлен при подведении под заповедник значительного земельного участка, тем более что в некоторых местах этого района старый лес еще остался, а многочисленные и очень интересные во многих отношениях озера хорошо сохранили свою флору и фауну.

Но центр тяжести устройства Ильменского национального парка, конечно, не в охране растительного и животного мира, а в стремлении сберечь совершенно исключительный по своему богатству и разнообразию природный минералогический музей, который представляют собою Ильменские горы.

Разработка копей была запрещена Горным управлением, но фактически производилась некоторыми из миасских старателей. Последние, имея в виду наибольшую выгоду, всячески стремились или выработать копь до конца, или завалить ее и вообще затруднить как осмотр, так и разработку копи, чтобы поднять цену добытого минералогического материала. Это часто лишало едущих в Ильменские горы минералогов одной из главных основ изучения природы: наблюдения над естественными условиями происхождения минералов.

Таким образом, устранение местных жителей от разработки копей не нарушит, благодаря полному отсутствию промышленного значения месторождений, интересов населения, но в то же время позволит охранить природный музей от расхищения. Расчистка копей, которая должна быть произведена в первую голову, укрепит за Ильменскими горами их репутацию минералогической Мекки, и паломники науки будут набираться ценных знаний, а не уезжать разочарованными от Ильменских гор, не видав ни копей, ни минералов.

Рациональная же разработка месторождений дает русским минералогическим музеям хорошо подобранный материал, так как обмен музеев минералами, почин и развитие которого принадлежит американцам, является наилучшим средством пополнить музей проверенным материалом.

В заключение необходимо привести пример Дании, которая устроила заповедник на острове Бенгольме, где имеется единственный в этой стране выход гранита, малоинтересного с научной точки зрения. Тем более должно быть обращено внимание на Ильменские горы, имеющие мировое минералогическое значение».

Оформление декрета продвигалось медленно. Из протокола заседания коллегии Наркомпроса РСФСР под председательством А. Луначарского 25 сентября 1919 г.: «Слушали: 8. Проект декрета “Об учреждении в местности Ильменских гор на Южном Урале у Миасса минералогического заповедника” и постановили: проект декрета принять и внести в Совнарком». Проект декрета был возвращен из Совнаркома в Наркомпрос для уточнения площади проектируемого заповедника и согласования с заинтересованными ведомствами. К сожалению, нам пока неизвестно, кто из сотрудников Наркомпроса рассматривал записку Н. М. Федоровского, кто составлял проект декрета, в какие ведомства кроме Академии наук (А. Е. Ферсману) проект направлялся. Не знаем мы и точно год разговора Н. М. Федоровского с В. И. Лениным.

Следующий документ об Ильменах датирован уже 4 маем 1920 г., когда на заседании Коллегии Наркомпроса под председательством М. Покровского слушали проект декрета о Государственном минералогическом заповеднике и постановили: «Данный проект декрета принять и внести на утверждение в СНК». В текст декрета были внесены существенные дополнения. Предложение «Объявить местность Ильменских гор на Южном Урале у Миасса государственным минералогическим заповедником и передать его в ведение Народного комиссариата по просвещению» изменено на следующее: «Предоставить право Народному комиссариату по просвещению по соглашению с Горным советом ВСНХ объявлять отдельные участки Ильменских гор на Южном Урале у Миасса Государственным минералогическим заповедником, т. е. национальным достоянием, предназначенным исключительно для выполнения научных и научно–технических задач страны. Использование заповедника в каких–либо практических целях допускается лишь с разрешения Совета народных комиссаров». Добавлено в конце текста декрета предложение: «На участках, объявляемых Государственным минералогическим заповедником, не допускается никаких горных промыслов».

Если в первом документе 1918 г. звучало желание национализировать Ильмены в природоохранном аспекте как «музей в природе» для познавательных целей, то декрет 1920 г. ставит на первое место «выполнение научных и научно-технических задач страны», т. е. расставлены акценты: Ильменский заповедник — научное и природоохранное учреждение.

Через 10 дней на заседании Малого Совнаркома 14 мая 1920 г. был рассмотрен и принят декрет об Ильменах. На следующий день его подписал В. И. Ленин.

<< | содержание | вверх | >>

 
Помоги сейчас!
Сотрудничество. Консалтинг.

НОВОСТИ ЦОДП


27.07.2022
Коллективное обращение в Прокуратуру РФ по ситуации в Кроноцком заповеднике



17.07.2022
Публикации и фильм о русской выхухоли



16.07.2022
Петиция в поддержку сотрудников Кроноцкого заповедника



12.01.2022
Извещение о завершении общественной экологической экспертизы ОВОС проекта «Комплекс заводов по производству метанола, аммиака и карбамида».


архив новостей


ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ


Web-Проект ООПТ России


Марш парков - 2022

Фонд имени Ф.Р. Штильмарка

Конвенция о биоразнообразии - Механизм посредничества


НАВИГАЦИЯ

Главная страница
Обратная связь

Подписка на новости сайта:


<<<назад

© 2000-2019 гг. Центр охраны дикой природы. Все права защищены