Eng

  На главную страницу

«Страницы истории»

"НЕИЗВЕСТНЫЙ" ЗАПОВЕДНИК

И. Вахромеев,
Ковровская государственная технологическая академия

У каждого заповедника, как и у человека, — своя судьба. У одних она оказалась долгой и более или менее удачливой, у других — наоборот. Некоторые заповедники, как солдаты, выполнив свой долг, были вычеркнуты из списка “живых” и остались за чертой человеческой памяти, став для потомков Неизвестными. Такая участь постигла и Клязьминский государственный выхухолевый заповедник. В его судьбе, как в зеркале, очень отчетливо отразилась часть истории отечественного заповедного дела со всеми трагическими поворотами и событиями.

К сожалению, в научной и научно-популярной литературе, посвященной проблемам заповедного дела, содержится очень мало сведений о заповедниках, существовавших до 1951 года. Трудно сказать, в чем здесь причина, возможно, она лежит даже вне поля науки и природоохранной деятельности, а связана с политическими аспектами. Не исключено, что замалчивание проблемы упраздненных заповедников порождено непризнанной ошибкой, или, как говорили в те времена, явным просчетом, допущенным руководством страны в отношении заповедного дела. Впрочем, гадать сейчас не имеет смысла.

Краткие отрывочные сведения о Клязьминском заповеднике можно почерпнуть лишь из нескольких изданий. Так, он упоминается в двух справочниках по заповедникам Советского Союза, (Макаров, 1940; Заповедники СССР, 1950), в “Справочнике путешественника и краеведа” (1950). Из специальной литературы проблемам научной работы на этой охраняемой территории был посвящен сборник научных трудов, подготовленный Клязьминским заповедником (Труды Клязьминского государственного заповедника, (1939), и одна публикация в “Известиях Ивановского сельхозинститута” от 1947 г. (Шалыганова, 1947). Некоторые итоги деятельности работы заповедника были подведены в сборнике, издаваемом Главным управлением по заповедникам РСФСР (Научно-методические записки, 1948).

Из более поздних изданий отрывочные сведения о заповеднике приводятся еще в нескольких научных работах, художественных и публицистических произведениях.

Своим возникновением Клязьминский госзаповедник был обязан небольшому своеобразному зверьку – русской выхухоли, ради сохранения которой и была создана эта особо охраняемая природная территория.

Чтобы предотвратить исчезновение выхухоли как биологического вида в советский период были предприняты экстренные меры. Для восстановления численности в 30-е гг. создается сеть специализированных заповедников. Одним из них стал Клязьминский государственный выхухолевый заповедник, разместившийся в пойме среднего течения р. Клязьмы на территориях Ковровского, Холуйского и Южского районов Ивановской области.

История Клязьминского заповедника начинается с постановления ВЦИК и СНК

РСФСР от 10.02.35 г. Согласно этому постановлению предписывалось организовать в различных областях Российской Федерации, в дополнение к уже существующим 40 заповедникам, еще целую группу, в которую вошел и Клязьминский выхухолевый.

В местах, где разместился заповедник, еще с доисторических времен обитала выхухоль и ее “экологический сосед” – бобр. Однако уже в XIX в. бобр здесь был полностью истреблен. Та же участь ожидала и выхухоль, если бы не появился Клязьминский заповедник.

Он протянулся в левобережной части поймы р. Клязьмы более чем на тридцать километров от русла р. Уводи до р. Тезы. Северная и южная границы проходили соответственно по границе первой надпойменной террасы и руслу Клязьмы. В среднем ширина заповедника составляла всего 2—3 км.

Весь этот участок левобережной поймы изобилует озерами, болотами, старицами и труднопроходимыми лесами. В то же время эта территория с давних пор подвергалась хозяйственному освоению человеком. Местных крестьян здесь, прежде всего привлекали богатые заливные сенокосные луга. Во многом именно этот фактор сыграл негативную роль в деятельности заповедника.

В задачу заповедника входило: “а) охрана выхухоли и учет ее запасов; б) изучение гидробиологического режима р. Клязьмы; в) отыскание способов и выработка биотехнических мероприятий, способствующих быстрому восстановлению выхухоли; г) выработка способов рационального использования пойменных водоемов для рыбного хозяйства без вреда для выхухоли; д) изучение природных комплексов поймы р. Клязьмы в целях разрешения задач обогащения ее флоры, введения в нее новых видов и более рационального использования”. В последующие годы в задачи заповедника вносились коррективы.

Многие факты говорят о непродуманной организации заповедника, непоследовательной политике, проводившейся по отношению к нему. Все это послужило причиной многолетних тяжб руководства заповедника с землепользователями, чьи земли отошли или примыкали к заповеднику. Практически в каждом отчете о работе в первые годы, отправляемом в Москву, присутствовали строки о необходимости скорейшего проведения землеустройства. К сожалению, землеустройство затянулось на многие годы. Некоторые участки этой охраняемой территории неоднократно переходили из рук в руки. Особенно жаркие споры велись об охранных зонах вокруг пойменных водоемов, предназначенных для защиты нор выхухоли от беспокойства человеком и домашними животными (в некоторых частях заповедника был разрешен выпас). Землепользователи никак не могли смириться с потерей этих угодий. Все это, конечно, негативным образом сказывалось на главной функции заповедника – охране выхухоли, природного ландшафта, местной флоры и фауны.

На многие противоречия, связанные с организацией заповедника, указывал его первый директор (с 1935 по 1937 гг.) Николай Дмитриевич Градусов. В своем обращении в Комитет по заповедникам при СНК РСФСР он отмечал: “Государственный Клязьминский заповедник имеет ряд существенных принципиальных отличий от большинства заповедников...

Заповедник организован среди густонаселенных территорий...на угодьях давно подвергающихся энергичной сельскохозяйственной эксплуатации...

Организация Клязьминского заповедника включает в себя крайне тяжелое внутреннее противоречие. С одной стороны, условия заповедника требуют полного прекращения сенокошения... с другой — экономический и политический момент не позволяют этого”.

Градусов предлагал два варианта исправления ситуации: либо переместить заповедник на территорию поймы восточнее р. Лух, либо объединить его с Окским заповедником, придав ему статус опытного участка. Трудно согласиться со всеми предложениями Градусова (если смотреть с сегодняшней точки зрения), однако здравый смысл в его рассуждениях был.

К сожалению, Комитет по заповедникам так и не смог выбрать что-то одно, или создать здесь действительно заповедник в истинном понимании этого слова, исключив всякую хозяйственную деятельность, или переместить его на другое место. Власти приняли компромиссный вариант: заповедник охраняет выхухоль, а прилегающие колхозы (с рядом ограничений) проводят на его территории сенокосы, выпас скота и т.п. Фактически это был режим заказника.

Такая ситуация была отнюдь не в пользу заповедника. Огромные усилия, особенно в первые годы, требовались от сотрудников заповедника для проведения природоохранной работы. Создание этой особо охраняемой природной территории не встретило понимания у местного руководства и населения. Местное население не хотело смириться с потерей личных сенокосных угодий, мест для охоты и рыбной ловли. Некоторые особенно враждебно настроенные против заповедника даже выдвинули лозунг: “Жать, где только можно, хохлятников!”.

Понятно, что перед работниками заповедника практически с момента его создания кроме задачи по соблюдению заповедного режима встала и другая, не менее важная — работа с местным населением.

На одном из заседаний ученого совета заповедника отмечалось, что “население не знает целей и задач заповедника и имеет ложные представления о нем; необходимо потребовать обязательных постановлений местных органов об охране выхухоли, рыбы, угодий, лесов и пр.”. Такие постановления были приняты уже значительно позднее, в 1944 г. — Ивановским и в 1945 г. — Владимирским облисполкомами. В период же становления заповедника местные власти, скорее наоборот — чинили всяческие препятствия в работе заповедника или, в лучшем случае, были безразличны к его нуждам.

Трудности, которые приходилось преодолевать сотрудникам заповедника в первое время, наглядно показывает история с постройкой его центральной усадьбы в селе Клязьминский городок. В начале строительства, в 1937 г., против директора Н. Д. Градусова и еще нескольких лиц прокуратурой г. Коврова (ближайшего к заповеднику более или менее крупного города) было возбуждено уголовное дело по обвинению в якобы самовольном захвате земель под строительство. Нетрудно предположить, чем закончилось бы подобное разбирательство в то время, но, к счастью, вмешался Комитет по заповедникам и уголовное дело прекратили.

Таким образом, первые годы существования заповедника были скорее периодом борьбы с наседавшими землепользователями, браконьерами и местным руководством, нежели за сохранение природы.

А ведь начинали с нуля. В июне 1935 г. сотрудников было всего четверо: директор, завхоз, научного сотрудник и сторож. Постепенно штат расширялся, к февралю 1936 г. насчитывал уже 10 человек, а еще через год – почти 20. К тому времени в заповеднике работали зоолог-охотовед, зоолог, геоботаник, лесничий, инструктор по выхухоли, наблюдатели (егеря), вспомогательный персонал. Постепенно росла и материальная база, появились дома, кордоны, постройки, необходимое оборудование и инвентарь.

За весь период существования заповедника состав его научных сотрудников, персонала охраны и вспомогательного персонала многократно менялся. Однако во все времена основой коллектива, его “костяком”, был научный персонал. К сожалению, непостоянным было и руководство заповедника. За период с 1937-го по 1951 г. на посту директора или ВРИО директора побывали почти полтора десятка человек. Конечно, это не лучшим образом сказывалось на его работе.

Тем не менее, с каждым последующим годом заповедник все прочнее обосновывался в Клязьминском заречье. Несмотря на все трудности, связанные с его становлением, предвоенный период был наиболее плодотворным в научной работе. Кроме задач по охране животного и растительного мира сотрудники проводили научные исследования по многочисленным разнообразным темам. Например, на 1936 г. были запланированы научные исследования по физико-географическому описанию заповедника, описанию водоемов, размножению и питанию выхухоли, влиянию различных способов ловли рыбы на численность выхухоли. Помимо научных тем с 1936 г. начались фенологические наблюдения на территории заповедника (“Летопись природы” и другие научные работы.

 
Ошибки прошлого исправляют новые поколения.
Фото Г. Хахина

С каждым годом работы тематика научных исследований расширялась, становилась всесторонней. Основное место занимало изучение биологии выхухоли, водоемов, в которых она обитала. В предвоенный период обширной была и ботаническая тематика. Должны были начаться углубленные зоологические, гидрологические и геологические исследования.

К 1938 г. заповедник превращается в местный научно-исследовательский центр. Через год в центральной усадьбе, с. Клязьминский городок, был организован музей природы, объединенный с научной библиотекой, насчитывавшей к тому времени уже более 1000 единиц хранения.

В заповеднике работало 23 человека (из них — 5 научных сотрудников). Штатное расписание предусматривало два научных отдела: биологический, состоящий из зоологической и ботанической групп, и гидрологический. В отделах были должности зоолога — зав. научной частью, зоолога-охотоведа, зоолога, ботаника, гидробиолога, рыбовода, метеоролога, лаборантов, препараторов, заведующего музеем и библиотекой. Кроме научных сотрудников, в штат входили инструкторы по лову выхухоли и рыбы, лесничий, старший наблюдатель, наблюдатели, рабочие.

Как уже отмечалось, фактически в предвоенный период вся научная работа в заповеднике проводилась по 2 направлениям: ботаническому (с 1937 г. ее проводил С. А. Стулов) и зоологическому (изучение выхухоли, которое проводилось группой ученых). Результаты этих исследований легли в основу 1-го (к сожалению, и единственного) тома “Трудов Клязьминского заповедника”, вышедшего в 1939 (1940) году.

Большим событием в жизни заповедника стало повторное заселение пойменных водоемов бобрами. В 1940 г. в водоемы заповедника было выпущено десять бобров, которые здесь успешно прижились. Спустя десять лет после этого события, в 1950 г., на территории заповедника насчитывалось уже более 200 особей. На сегодняшний день потомки тех “пионеров-бобров” успешно обосновались не только в прилегающих районах, но и областях.

Начало войны внесло существенные коррективы в деятельность и жизнь заповедника. В приказе начальника главка от 03.07.41 г. сообщалось: “В настоящий момент задаче защиты Родины обязательно должны быть подчинены работы каждого советского учреждения, в том числе и государственных заповедников.

На этом основании предлагается Вам перестроить все работы... под углом зрения выполнения таких мероприятий, которые направлены на оборону нашей Родины...”.

Параллельно с перестройкой работы заповедник стал готовиться к возможной эвакуации, готавил карты и планы местности левобережной части поймы для передачи их в органы НКВД. Видимо, территорию заповедника наряду с соседними районами в случае неблагоприятного развития событий на фронте предполагалось использовать для ведения партизанской войны.

В годы войны состав сотрудников заповедника постоянно менялся. Изменилось и направление научных и хозяйственных работ: все они были переориентированы в той или иной степени на нужды фронта. Например, с 1942 г. началось изучение факторов, обусловливающих рыбную продуктивность пойменных водоемов, состав флоры долины р. Клязьмы с точки зрения хозяйственного использования растений и т.д. Сотрудники заповедника (в большинстве это были женщины) проводили заготовки лекарственных, пищевых и технических дикорастущих растений, в зимнее время вели борьбу с заморами рыбы. Кроме работы в заповеднике его сотрудники постоянно выезжали в прилегающие колхозы, где проводили политинформации.

Одновременно с прикладными исследованиями не прекращались работы и по изучению выхухоли, ведение “Летописи природы”, а в летнее время на территории заповедника проходили практику студенты МГУ.

Заключительный этап Великой Отечественной войны в жизни заповедника был ознаменован принятием Ивановским и Владимирским облисполкомами постановлений об охране заповедника. Местная власть наконец-то признала необходимость этой особо охраняемой природной территории.

В послевоенный период обозначился заметный перелом в отношении к заповеднику и местного населения. Кроме принятия специальных постановлений по заповеднику, немалая заслуга в этом принадлежала и просветительской работе музея природы, созданного при заповеднике. С 1945 г. ежегодно музей посещало несколько десятков экскурсий, часть из которых сопровождалась выходом на природу. Естественно, что основными посетителями этого музея, располагавшегося в центральной усадьбе, были дети. Поэтому трудно переоценить ту воспитательную работу, которую проводил заповедник.

Большой популярностью пользовалась на Ковровской районной выставке экспозиция музея природы заповедника, посвященная вопросам изучения и охраны природы. За 3 месяца работы в 1947 г. ее посетило более 25 тыс. человек (цифра немалая и по нынешним меркам).

С упорядочением статуса заповедника, выходом специальных распоряжений по его охране на местном уровне наметилась тенденция к сокращению количества нарушений заповедного режима. Например, в 1947 г. было зарегистрировано 35 случаев нарушений (незаконная охота, самовольная порубка леса, выпас скота, сенокосы, лов рыбы и др.), в 1948 г. — 29 случаев, а в первом полугодии 1951 г. — всего 4 нарушения. Конечно, приведенные цифры весьма условно характеризуют работу заповедника, поскольку это все же официальная статистика.

Вполне возможно, что природоохранная, научная и просветительская деятельность заповедника в последующем перешла бы на новый, еще более высокий уровень, однако его судьбе было дано сложиться по-другому...

10.09.51 г. СМ СССР издал печально известное постановление о прекращении деятельности на территории СССР большого количества государственных заповедников. Среди упраздняемых был и Клязьминский выхухолевый. Мотивировка — в связи с выполненной задачей (к слову, выхухоль на сегодняшний день занесена в Красную книгу, и говорить о положительном решении проблемы восстановления численности этого млекопитающего не приходится).

Согласно предписанию Главного управления по заповедникам территория Клязьминского заповедника, все постройки и сооружения передавались прилегающим колхозам и лесхозам, научное оборудование подлежало переправке в Дарвинский заповедник (Ярославская область), а рукописи и научные работы — в Управление по заповедникам. Библиотека и экспонаты музея передавались во Владимирский музей.

Владимирский музей по каким-то причинам отказался принять большую коллекцию чучел животных, поэтому они были оставлены в Ковровском городском музее, где некоторое время выставлялись. Позднее эта коллекция оказалась утраченной.

Если попытаться кратко подвести некоторые итоги деятельности Клязьминского государственного выхухолевого заповедника, то можно констатировать — его деятельность не была напрасной. Благодаря созданию Клязьминского и других выхухолевых и общих заповедников русская выхухоль не попала в список исчезнувших видов. Велика заслуга заповедника и в сохранении многих других видов животных и растений, всего пойменного ландшафта.

К 1951 г. заповедник редстлял собой хорошо организованные природоохранное, научное и просветительское учреждение, охватывающее своей деятельностью Владимирскую и Ивановскую области.

За годы его существования было сделано много важных дел. В отчете за 1947 г. указывалось, что за двенадцатилетний период общее число научных исследований составило 254 названия. Эти работы были оформлены в виде статей, очерков, некоторые остались в рукописях, не утративших актуальность по сегодняшний день. Немалый интерес могли бы представлять фенологические наблюдения, проводимые заповедником в течение всей его деятельности с 1935 по 1951 гг., другие исследования.

За последующие 3,5 года их число возросло. Уже в послевоенные годы кроме изучения биологии выхухоли были проведены работы по изучению и инвентаризации фауны клязьминской поймы, биологического разнообразия пойменных водоемов и многим другим темам.

За годы работы заповедника его сотрудниками был создан интересный музей, насчитывающий значительное количество экспонатов: более ста чучел млекопитающих, птиц, земноводных и пресмыкающихся, ихтиофауна, мир насекомых и растений долины р. Клязьмы. За пятнадцатилетний период была собрана интересная научная библиотека — более 2500 томов научных изданий.

Несмотря на трудности, связанные с послевоенным периодом восстановления народного хозяйства, заповедник постоянно обновлял и улучшал материально-техническую базу. В перспективе помимо двух уже существующих кордонов, должны были построить еще несколько, оснастив ими, таким образом, все участки территории (их было пять). Намечалась реконструкция музея, расширение его профиля — переход к естественно-историческим аспектам. Были задуманы и многие другие нововведения, направленные на улучшение работы заповедника, углубление различных научных исследований.

Поэтому приходится только сожалеть, что весь уже накопленный значительный научный и методический потенциал заповедника, его опыт оказался буквально в одночасье “развеянным по ветру”. Сегодня мы можем только предполагать, какой вред природе, да и не только природе, был нанесен упразднением Клязьминского заповедника.

Впрочем, история Клязьминского заповедника имеет свое продолжение. Спустя почти тридцать лет после его упразднения, в 1978 г., уже на более расширенной территории в Ивановской и Владимирской областях пришлось учредить республиканский боброво-выхухолевый заказник, который продолжил дело, начатое заповедником в 1935 г. Местное же население по-прежнему называет эту территорию заповедником…

Продолжение следует...

В 2000 г. Центр охраны дикой природы и Фонд национальных парков провели совместную акцию, целью которой было привлечение средств на организацию проекта по охране русской выхухоли — замечательного реликтового зверька, обитателя пойменных биотопов Восточной Европы. Необходимые средства были собраны, и с их помощью началось осуществление проекта “Сохраним русскую выхухоль!”. Руководителем проекта стал сотрудник ВНИИ “Природа”, кандидат биологических наук Геннадий Викторович Хахин, координатором проекта в ЦОДП — Владимир Кузнецов.

С самого начала проекта ЦОДП стремился как можно шире публиковать информацию о его целях, задачах, о том, как он проходит и т. п. Так, во 2-ом номере журнала “Охрана дикой природы” за 2001 г. вышла статья Г. В. Хахина “Ровесник мамонта”, посвященная биологии и проблемам сохранения русской выхухоли. В следующем номере журнала было помещено письмо Генерального директора ЦОДП А. В. Зименко, в котором содержалась информация о проекте, а также призыв поддержать это начинание Центра. Статьи о проекте “Сохраним русскую выхухоль!” были опубликованы также в газетах “Природно-ресурсные Ведомости”, “Спасение” и “Рыбак — Рыбака”.

Мы начинаем получать первые отклики и пожертвования от наших друзей. В числе первых откликнувшихся на призыв сообщить информацию о состоянии популяций русской выхухоли в своем родном крае были сотрудницы музея-заповедника им.М. А. Шолохова: Л. А. Севостьянова и Л. Т. Афанасьева, а также начальник отдела заповедного дела и сохранения биоразнообразия Государственного комитета Республики Башкортостан по охране окружающей среды Ф. Ф. Абдуллин, сообщившие нам весьма ценные сведения о состоянии вида в Ростовской области и республике Башкортостан. Заинтересовались выхухолью также сотрудники музея-заповедника “Ясная Поляна” в Тульской области. Сейчас ведутся переговоры о выезде туда руководителя проекта для проведения оценки состояния популяции зверька на территории музея-заповедника. Интерес к проекту высказали и другие ООПТ — например, заповедник “Галичья гора” и национальный парк “Угра”.

Среди тех, кто первым внес свой вклад в дело сохранения русской выхухоли — Е. А. Шварц, Л. Ф. Абрамова, Е. В. Руденко, И. А. Лешуков, студенты ВПК-2 г.Владивостока, учащиеся и преподаватели школы №3 г.Вельска Архангельской области и др. На сегодняшний день получено 9 переводов на сумму 1262 р.

Всем тем, кто откликнулся на наш призыв и принял участие в проекте “Сохраним русскую выхухоль!” – мы говорим огромное спасибо! Только вместе мы сможем сохранить этого уникального обитателя тихих речных заводей — русскую выхухоль!

В. Кузнецов,
ЦОДП


Литература

Макаров В.Н. Заповедники СССР. Сельхозгиз, 1940. — 158 с.

Заповедники СССР. М.: Географгиз, 1950.– Т. 1. — 455 с.

Справочник путешественника и краеведа. М.: Географгиз, 1950.– Т. 2.– 649 с.

Труды Клязьминского государственного заповедника. М., 1939.– Т. 1. – 153 с.

Шалыганова О.Н. Типы лугов по р. Клязьме в пределах Клязьминского государственного заповедника // Известия Ивановского сельскохозяйственного института. — Иваново, 1947. – Вып.6.– С. 1—17.

Научно-методические записки. М.: Изд. Гл. Упр. по заповедникам, 1948. –Вып. Х.– 244 с.

| архив | содержание | вверх |
 
Помоги сейчас!
Сотрудничество. Консалтинг.

НОВОСТИ ЦОДП


27.07.2022
Коллективное обращение в Прокуратуру РФ по ситуации в Кроноцком заповеднике



17.07.2022
Публикации и фильм о русской выхухоли



16.07.2022
Петиция в поддержку сотрудников Кроноцкого заповедника



12.01.2022
Извещение о завершении общественной экологической экспертизы ОВОС проекта «Комплекс заводов по производству метанола, аммиака и карбамида».


архив новостей


ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ


Web-Проект ООПТ России


Марш парков - 2022

Фонд имени Ф.Р. Штильмарка

Конвенция о биоразнообразии - Механизм посредничества


НАВИГАЦИЯ

Главная страница
Обратная связь

Подписка на новости сайта:


<<<назад

© 2000-2019 гг. Центр охраны дикой природы. Все права защищены